Некоторые детали жизни Преображенского женского монастыря в Соликамске
Преображенская церковь в Соликамске изначально строилась как церковь женского монастыря. Но судьба его не была простой. Мало того, что при строительстве были допущены ошибки, которые заставили переделывать уже построенное здание, так еще и первые обитательницы — монахини, ради которых и затевалось строительство, — не хотели вселяться в «новострой». Монахини, принявшие сан прежде постройки монастыря, продолжали жить в частных домах, по вотчинам и по мельницам мужского монастыря, а иные построили себе особые кельи и жили в них, а в новый монастырь не шли. Евдокия Петровна Нарышкина, мать Соликамского воеводы, принимавшая участие в благоустройстве обители, писала о таком «бесчинии и беспорядке» архиепископу Ионе, жаловалась на непослушание монахинь и уклонение их от приглашения жить в новопостроенном монастыре. На то же сетовала и устроительница Евдокия Щепоткина.
Иона гневной грамотой распорядился, чтобы игуменья собрала живущих в разных местах монахинь. Подобное поручение было дано старостам Спасской церкви и Рождественскому священнику, а настоятелю Соликамского мужского монастыря держать монахинь по мельницам и частным лицам в своих домах запрещено.
В первые годы существования монастыря было положено на содержание монахинь от казны 50 рублей в год. Деньги эти распределялись поровну, получалось когда больше, когда меньше — смотря по числу монахинь. Игуменья получала ежегодно по 1 рублю 20 алтын. В числе монашествующих находилась и сама устроительница монастыря Евдокия Никифоровна Щепоткина, жившая в нем под именем Меланьи до смерти своей в 1723 году. Она никакого жалованья не получала.
Монастырь владел мельницей в черте города на речке Усолке, пожертвованной в 1712 году от солепромышленника Александра Ростовщикова. С нее получали солидный доход от 80 до 100 рублей в год. Кроме того, монастырю принадлежал покос в Чердынском уезде, приложенный устроительницей Щепоткиной. За проданное с него сено получалось в пользу монастыря около 4 рублей. За счет этих доходов содержались церкви и церковный причт, то есть их священнослужители. На покупку вина, муки, ладана тратили в год от 10 до 20 рублей, на содержание монахинь от 20 до 30 рублей. Причт получал из мельничных доходов от 10 до 25 рублей.
Незначительные денежные поступления монастырь получал также и от своих внутренних установлений. Например, существовало обыкновение с новопостригаемых монахинь взимать пошлину, небольшую, но обязательную — по 3 алтына 2 деньги. Был также обычай с новопостригаемых монахинь снимать кресты, которые они носили в миру и брать их в церковь, а им взамен того давать кресты монашеские с получением денег — от 1 до 2 алтын и 2 денег, равно и за монашеское платье — по 1 алтыну и 2 деньги, позднее по 5 алтын. Иногда вместо денег за монашеский крест получаемы были от постриженных перстни и другие драгоценности. Вещи эти продавались и деньги за них вкладывались в церковную казну.
Монахинь в лучшие годы было около шестидесяти. С течением времени число их сократилось, а выплаты из казны прекратились. Но монастырь продолжал безбедно жить за счет принадлежавших ему мельницы и покосных угодий. Однако, при составлении штатов в 1765 году, по указу Екатерины II, монастырь был упразднен, монахини переведены в Уфу.
Постовой: в России много интересного, но не меньше интересных мест и в Европе, поэтому не забывайте про туры по Европе и тогда ваша жизнь станет более насыщенной и богатой на впечатления и события.
